Философская и литературоведческая рефлексия
русской классической литературы
в отечественной и зарубежной мысли.
Выполняется при поддержке РГНФ
Проект № 15-33-11007
Российский Гуманитарный Научный Фонд Русская христианская гуманитарная академия
Главная / Ссылки / Святая святых – человек. После юбилея Алексея Горького

Святая святых – человек. После юбилея Алексея Горького

Литературная Россия

Заканчивается юбилейный год Горького и Солженицына. И если второму оказаны почести на государственном уровне и в СМИ, особенно в «Литгазете» (с портретом А.М. Горького на фронтоне), то юбилей Алексея Максимовича свели, по сути, на уровень одного города. Даже записные «горьковеды» пытаются выискивать сомнительные штрихи в его жизни с целью умаления его значения для России, а то и опорочить как личность. В своё время Горький назвал Ромена Роллана «Человеком человечества». А сегодня, когда все просто задыхаются от счастья обладать искусственным интеллектом, пора самого Горького назвать Человеком человечества.

«Если есть что великое, необозримое и обетованное, что мы привыкли объединять под именем Руси, то выразителем его в громадной степени приходится считать Максима Горького» – писал Александр Блок в 1901 году.

Сам Алексей Максимович в день 60-летия так оценил своё значение: «Товарищи! Меня сегодня назвали счастливым человеком. Это правильно, пред вами действительно счастливый человек, в жизни которого осуществились лучшие его мечтания, лучшие его надежды. Смутные мечтания, может быть, неясные надежды, может быть, но именно те надежды, те мечтания, которыми я жил. Если бы я был критиком и писал книгу о Максиме Горьком, я бы сказал в ней, что сила, которая сделала Горького тем, что он есть, каким он стоит перед вами, тем писателем, которого вы так преувеличенно чтите, которого так любите, заключается в том, товарищи, что он первый в русской литературе и, может быть, первый в жизни вот так, лично понял величайшее значение труда, образующего всё ценнейшее, всё прекрасное, всё великое в этом мире» (М. Горький. Речь на торжественном заседании Пленума Тбилисского совета 27 июня 1928 г.).

Именно в тифлисской газете «Кавказ» в 1892 году появилось первое произведение писателя, которому суждено было выполнить великую задачу – запечатлеть час рождения пролетарской эры. Эта эпоха началась в стране, в которую переместился центр международной революции и в которой приход такого художника был подготовлен всем предшествующим развитием литературы и поколений революционеров.

Алексей Максимович Горький занимает исключительное место в русской литературе не только по необъятному богатству своих тем и важности социальной позиции, которую он занимал, но и по непосредственному литературному таланту, что ставит его в разряд мировых писателей. Быть может, во всей русской литературе не было писателя с таким богатым опытом. Богатство это дано Горькому не только пережитым в его многострадальной и многоцветной жизни, но, конечно, и чуткостью восприятия и объёмом памяти. Художника вообще создают три основных элемента психики, отмечал Луначарский: во-первых, чуткость, богатство и тонкость восприятия; во-вторых, умение удержать в памяти и внутренне переработать впечатления, как бы создать из них долго хранящийся запас; и в-третьих, выразить их с достаточной заразительностью и силой. Во всех трёх отношениях Горький – обладатель совершенно исключительного таланта, яркой чертой которого является законченная жизненность его типов. Ему изумительно удавались человеческие портреты. Не только крупные типы, неизгладимо вошедшие в сознание народа, но и более мелкие запечатлеваются в памяти надолго. Он много писал и как публицист и как критик. Лучшее, что написано о Л.Н. Толстом – это воспоминания о нём Горького. Замечательны этюды о В.И. Ленине, В.Г. Короленко. Но и здесь он не кончается: его переписка огромна, его эпистолярное искусство высоко. Уже давно никто не пишет таких содержательных и отделанных писем. Он писал их и друзьям, и знакомым и незнакомым корреспондентам, писал с величайшей тщательностью, обдуманностью, находчивостью, и в этих письмах на каждом шагу появляются настоящие перлы.

Горький работал по 10–12 часов в сутки как над своими художественными произведениями, так и над чтением бесчисленных книг, которое сделало его одним из образованнейших людей своего времени, и наконец, над громадной перепиской и просмотром чужих рукописей в качестве редактора или просто так, по дружбе, в качестве старшего товарища. Работоспособность эта приводила к тому, что Горький, создавая большое количество продуманных, тщательно проработанных произведений, являлся и организатором в разных областях культурной жизни. Гигантская переписка с писательской молодёжью сделала его крупнейшим руководителем новой литературы. Одному из молодых литераторов он писал: «Перед молодой русской литературой лежит огромнейшая задача – изобразить старый быт во всей полноте его гнусности, помочь созданию нового быта, новой психологии, звать людей к мужественной, героической работе во всех областях жизни и к преображению самого себя. Я не проповедую этим никаких «тенденций» – мир есть материал для художника, человека всегда неудовлетворённого действительностью, да и самим собой. Да и самим собой, заметьте». Возвращал присланные ему рукописи с замечаниями, советами, поправками, а часто и полностью отредактированными с предложениями публикаций в руководимых им журналах. Естественно, всё делал безвозмездно, наоборот, предлагал деньги на дальнейшие занятия литературой, например, Корнею Чуковскому, впоследствии нелестно отзывавшемся о Горьком, вырастил целый ряд писателей из народа, объединил литературные силы, создал Союз писателей, сегодня благополучно развалившийся, поскольку нет достойных продолжателей, да и новой буржуазной власти он ни к чему. В лице Горького слились народный и национальный художник, и в этом его огромная сила. Он – господин своего слова, здесь он знамя живой любви к человеку, знамя протеста, знамя расцвета и радости жизни. Он прекрасно владел красивым и звучным русским языком, его стиль отличался приподнятостью, что было созвучно бурной эпохе и мятежной массе. Но и умел быть мягким и нежным, находить тихие как музыка слова, когда писал о детстве, о материнской ласке, о родной ему Волге. «Детство» его описано так захватывающе, сильно и интересно, что до сих пор остаётся любимым произведением многих русских.


Горький осознавал бытие, как деяние, а мир – как своё хозяйство. Ещё в ранних произведениях он писал о людях буржуазного мира, столь ничтожных рядом с воздвигнутыми железными колоссами, о людях, придавленных к земле «продуктами своего рабского труда: созданное ими поработило и обезличило их». Эта мысль – о порабощении человека вещами – вспыхнула с особенной силой в сознании Горького, когда перед ним предстал капиталистический мир в его высшем техническом расцвете, когда перед взором писателя прошла старая и новая столицы капиталистического мира – могучий, суровый каменный Лондон и «город Жёлтого Дьявола» – Нью-Йорк. «На смену сковывавшей прежде человека «власти земли» приходила здесь ещё более деспотическая власть денег, и люди казались лишними в огненном золотом вихре, в тесном плену угрюмой фантазии из камня, стекла и железа». Этот мир, в котором, по словам Маркса, вместо средневековой поговорки «нет земли без господина» выступает другая поговорка – «деньги не имеют господина», в чём находит своё выражение полное господство мёртвой материи над людьми. Тема порабощения человека вещами, постепенного умерщвления его души всегда волновала писателя. Она отражена в образах людей, отцы которых были выходцами из крестьянской массы, попавшими на «чужую улицу», влившимися в эксплуататорский класс и обрекшими детей своих на медленное духовное умирание. Последние уже не ощущали той связи с народной почвой, которая наделяла их отцов стремлением к созиданию, соединяя в их характерах уродливые, деспотические черты эксплуататоров с чертами волевых, жадных до жизни работников, творцов. Дети не обладали уже ни их положительными, ни их отрицательными чертами, а обладали, в сущности, только одной чертой – всё обостряющимся чувством душевной пустоты, ощущением мира как враждебного им существа и игры случайностей. Фома Гордеев, Матвей Кожемякин болезненно ощущали свою неспособность проникнуться поэзией коллективного труда, мир казался им заваленной мёртвыми вещами кладовкой ростовщика. И если об этих людях нельзя было сказать, что «созданное ими поработило и обезличило их», то по отношению к ним верно другое – созданное для них поработило и обезличило их ещё больше, чем своих создателей. И мы видим сегодня, что общество погрязло в вещах, и даже утонуло в них.


Этому царству мёртвых вещей Горький противопоставил новое человечество, с его совершенно новым отношением к миру – пролетариат, освобождающий себя и свой труд от рабства и осознающий всю окружающую действительность как результат своих деяний, своего разума, своей направляющей воли.


Уже первые выступления Горького против декаданса, не говоря уже о его последних высказываниях о задачах советского искусства, вызвали яростное сопротивление литературных «теоретиков». Они объявляли горьковское стремление к идеалу и красоте идеализмом, боролись с идеей слияния реализма и романтизма, поскольку защищали от революции буржуазно-индивидуалистический взгляд на жизнь. Типичный человек декаданса – Самгин, мещанин по психологическому складу, кадет по политическим симпатиям, веховец по «философским» устремлениям. Ренегатствующий интеллигент, он потому так тянулся к Нехаевой, что в нём зрела «утешительная догадка»: нехаевщина, декадентщина смогут послужить для него «хорошим оружием самозащиты». «Всё это очень твёрдо противостоит кутузовщине, – думал он, вспоминая о большевике Кутузове, – социальные вопросы ничтожны рядом с трагедией индивидуального бытия». А ведь Самгины-то сегодня, в разгуле индивидуализма, и победили!


Кто-то считает, что Горький несовременен. А разве сегодня не «создалась атмосфера преклонения перед действительностью и фактом, жизнь стала бедна духом и темна умом», произошло «полное падение морали, оскудение идеализма. Стало возможно многое такое, что было совершенно невозможно даже четверть века тому назад». По сути дела, возродилось декадентство. Появилась целая плеяда писателей, режиссёров, художников, культивирующих пошлость, скабрёзность, приветствующих распад личности. Общество уже распалось. Многие ищут пикантных ощущений и впечатлений. Телевидение, умело пользуясь этими желаниями, создаёт одну за другой передачи, где обнажается вся пошлость нового образа жизни и призывает следовать за собой безвольное и беспринципное население.


А.М. Горькому не пришлось бы сокрушаться по поводу юбилея. Сегодня его «не раскрасноречат и нерасцицеронят». Наоборот, в канун юбилея, в конце декабря 2017 года, опробована шквальная критика, скорее суд над писателем, конечно, в «культурной революции» Швыдкого. Высокомерно-пренебрежительно, уничижительно высказался «очень известный» победитель какого-то Букера Пётр Алешковский: «Главное в Горьком – актёрство, его романтические сопли. Слово «народ» – ничего не значит, оно пустое, личность – вселенная». Ему вторит В.Новиков, видимо литературный критик: «Старуха Изергиль» – дурновкусие, Горький – сомнителен». Вот так! А вы говорите, Горький не актуален! Если декаденты начала XX века восторженно заявляли о конце Горького, то декаденты XXI века пытаются его отменить. Как вообще отменить Труд в его высоком смысле, поскольку праздность, развлечения губят человека, отвращают его от работы. Горький утверждал, что «процесс социально-культурного роста людей, развивается нормально только тогда, когда руки учат голову, затем поумневшая голова учит руки, а умные руки снова и уже сильнее способствуют развитию мозга. Но… голова оторвалась от рук, мысль от земли. В массе деятелей явились созерцатели, объясняющие мир и рост мысли отвлечённо, в независимости от процессов труда, которые изменяют мир сообразно интересам и целям людей. Всю мою жизнь я видел настоящими героями только людей, которые любят и умеют работать, людей, которые ставят себе целью освобождение всех сил человека для творчества, для украшения нашей земли, для организации на ней форм, достойных человека».


Горького надо не отменять, а прислушаться к Певцу Труда и Человека на фоне действительности, которую мы сейчас наблюдаем, когда отменяют не только созидательный труд, когда человека не только оскорбляют, а даже отменяют. Значит, не актуальны мы, люди!


А верить хочется Алексею Максимовичу: «До поры, пока мы не научимся любоваться человеком, как самым красивым и чудесным явлением на нашей планете, до той поры мы не освободимся от мерзости и лжи нашей жизни. С этим убеждением вошёл я в мир, с ним уйду из него, и, уходя, буду непоколебимо верить, что когда-то мир признает: святая святых – человек». А не искусственный интеллект.


Источник: https://litrossia.ru/item/svjataja-svjatyh-chelovek/ 

Как Михаил Булгаков путешествовал по Крыму

Как Михаил Булгаков путешествовал по Крыму

Ссылки
Гоголь в Италии

Гоголь в Италии

Гоголь Н.В.
Ссылки
«Сижу в кафе и реву». Любовные письма знаменитых литераторов

«Сижу в кафе и реву». Любовные письма знаменитых литераторов

Ссылки
Лев Толстой «возможно жил не так, как должен был»

Лев Толстой «возможно жил не так, как должен был»

Толстой Л.Н.
Ссылки
Горькие уроки Достоевского

Горькие уроки Достоевского

Достоевский Ф.М.
Ссылки
«Здравствуй, мой ангел!». О чем Пушкин писал Наталье Гончаровой?

«Здравствуй, мой ангел!». О чем Пушкин писал Наталье Гончаровой?

Пушкин А.С.
Ссылки
Дуэль Пушкина и Дантеса на Черной речке — как это было

Дуэль Пушкина и Дантеса на Черной речке — как это было

Пушкин А.С.
Ссылки
В Москве в годовщину гибели Пушкина открылась выставка его портретов

В Москве в годовщину гибели Пушкина открылась выставка его портретов

Пушкин А.С.
Ссылки
Новости 1 - 8 из 223
Начало | Пред. | 1 2 3 4 5 | След. | Конец